Чик

Как-то раз у одного барина сломалась в дороге карета. Хорошо еще, что нашелся поблизости кузнец. Велел ему барин починить карету, и кузнец запросил с барина за работу целый рубль. Делать нечего — хочешь не хочешь, а платить надо. Но по пути домой стала барина разбирать досада: «За такую пустяковину содрал целый рубль! Много ли он там работал? Выходит, кузнец зарабатывает больше, чем барин, который в карете ездит. Ежели прикинуть, то, пожалуй, и я могу кузнечным делом заняться да набивать карманы рублями. Постой, постой, надо со стороны приглядеться, как мой кузнец работает, и после Юрьева дня прогнать его — буду сам в кузнице работать».

Ладно. Дома стал барин каждый день похаживать в свою кузницу. Придет и давай кузнеца о том о сем распрашивать да рассказывать ему всякую всячину, а сам тайком знай подглядывает, как работает кузнец. Так он и выучился кузнечному ремеслу глазами, а потом прогнал кузнеца из кузницы — проваливай на все четыре стороны.

Заделался барин кузнецом, взял кучера к себе в подручные: барин будет ковать, а кучер — меха раздувать.

Ладно. На другой день приходит из соседней волости хозяин с большим куском железа — надо ему лемех выковать. Барин с важным видом взял железную болванку, положил в горно, поверх большущую кучу углей насыпал и говорит:

— А ну, кучер, наддай жару!

Вот кучер, бедняга, раскачивает меха изо всех сил, пока железо добела не раскалилось. Бросил барин болванку на наковальню и говорит хозяину: «Бей, давай!» Взял хозяин кувалду и принялся бить со всего маху, только искры сыплются. Бьет, бьет — совсем болванка уже расплющилась, а кузнец не вмешивается — дескать, знай куй, пока не остыло. Наконец почернела железина. Делать нечего — снова в гор-но кладет ее, углем обсыпает и наказывает:

— А ну, кучер, наддай жару!

Кучер, бедняга, тужится у мехов, пока опять железо добела не раскалилось. Кует хозяин, кует, надоело ему, вот он и говорит:

— Мы скоро совсем сожжем эту железину — тут уже не хватит на лемех.

— Как так не хватит? Хватит на лемех, только ты, дурак, ковать не умеешь, как надо. Кучер, ступай сюда, у тебя ладней получится — куй!

Взялся за дело кучер — ковал, ковал, да никак лемех не выходит.

— Болванка твоя ни на что не годна: не выйдет из нее лемеха — лучше откую тебе топор.

— Ну, откуйте топор, и он в доме пригодится. Опять раскалили железку и куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит — маловато железа осталось.

— Вишь, хозяин, какое дело, топора тоже не выйдет — откую тебе ножик.

— Откуйте хоть ножик, и он в доме пригодится. Опять раскалили железку и куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит — совсем мало осталось железа.

— Вишь, хозяин, какое дело, и ножика тут не выйдет — откую тебе шило.

— Откуйте хоть шило, и шило дома пригодится.

Опять раскалили железку и куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит — совсем железка крохотная стала.

— Знаешь, хозяин, и шила не выходит — откую тебе чик.

Сказав это, взял барин с наковальни то, что осталось, раскалил добела и кинул в воду.

Чик! — прошипела железка в воде — вот и чик готов.

Сделал барин чик и просит заплатить ему за работу как следует — целый рубль. Хозяин на это отвечает:

— Денег у меня нет, да есть дома пшеница. Приезжайте, господин кузнец, заплачу я вам по заслугам.

Поехал хозяин домой, а барин тут же велел кучеру заложить карету и поехал за хозяином, чтобы быстрее получить заработанное. По дороге барин учит кучера:

— Слышь, я сам пойду с мешком в клеть, мне виднее, сколько взять за работу, а ты останься на дворе и слушай. Как хозяин крикнет «Довольно!», так ты скажи: «Всыпь и мою долю тоже — тяжело мне было бить!»

Ладно. Приехали к хозяину. Ведет хозяин нового кузнеца в клеть. А за дверью схоронились двое здоровенных батраков; сгребли они кузнеца, повалили на землю, и принялся хозяин охаживать его лозиной, в горячей золе распаренной. Барину неохота, чтобы кучер слышал, как ему трепку задают, вот он стиснул зубы и терпит. Отлупив как следует барина, хозяин говорит батракам: «Довольно!», а кучер отвечает со двора:

— Всыпь, всыпь и мою долю — тяжело мне было бить!

Хозяин говорит батракам:

— Мне-то что — дадим еще!

Сгребли батраки барина по второму разу, и дал ему хозяин за чик кучерову долю.

Когда домой поехали, барин и говорит кучеру:

— Чтоб тебя черти побрали! Зачем крикнул, чтобы еще всыпали?

— Да вы же, барин, сами так велели; я всегда вашу волю выполняю.

— Ну да, это верно! А только как домой приедем, так спали ты эту окаянную кузницу. Не стану я больше кузнечным делом заниматься.