Никола Дуплянский

Вариант 1 Жил-был старик, у него была жена молодая. Повадился к ней в гости ходить парень, Тереха Гладкий. Опознал про то старик и говорит жене: “Хозяйка, я был в лесу, Миколу Дуплянского нашел: о чем его ни попросишь – то и дает тебе”. А сам наутро побежал в лес, нашел старую сосну и залез к ней в дупло. Вот баба его напекла пирогов, колобов да масляных блинков и пошла в лес молиться Миколе Дуплянскому. Пришла к сосне, увидала старика и думает: “Вот он, батюшка, Микола Дуплянский-то!” – Давай ему молиться: “Ослепи, батюшка Микола, моего старика”. А старик отвечает: “Ступай, женка, домой и будет твой старик слеп; а зобенку с пирогами оставь здесь”. Баба оставила зобенку с пирогами у сосны и воротилась домой. Старик сейчас вылез из дупла, наелся пирогов, колобов и блинков, высек себе дубинку и пошел домой. Идет ощупью, будто слепой. “Что ты, старичок, – спрашивает его жена, – так тихо ползешь?” Разве не видишь?” – “Ох, женушка, беда моя пришла, ничего-таки не вижу”. Жена подхватила его под руки, привела в избу и уложила на печку. В вечеру того ж дня пришел к ней дружок, Тереха Гладкий. “Ты теперича ничего не бойся, – говорит ему баба, – ходи ко мне в гости, когда хочешь. Я нынче ходила в лес, молилась Миколе Дуплянскому, чтобы мой старик ослеп; вот он воротился намедни домой и уж ничего не видит”. Напекла баба блинов, поставила на стол, а Тереха принялся их уписывать на обе щеки. “Смотри, Тереха, – говорит хозяйка, – не подавись блинами, я схожу, масла принесу”. Только вышла она из избы по масло, старик взял самострел, зарядил и выстрелил в Тереху Гладкого; так и убил его насмерть. Тут соскочил старик с печки, свернул блин комом, будто он сам подавился; сделал так и влез на печь. Пришла жена с маслом, смотрит: сидит Тереха мертвый. “Говорила тебе, не ешь без масла, а то подавишься, так не послушал: вот теперь и помер”. Взяла его, сволокла под мост и легла одна спать. Не спится ей одной-то, и ну звать к себе старика; а старик говорит: “Мне и здесь хорошо”. Полежал-полежал старик и закричал ровно во сне: “Жена, вставай! У нас под мостом Тереха лежит мертвый”. – “Что ты, старик? Тебе во сне привиделось”. Старик слез с печки, вытащил Тереху Гладкого и поволок к богатому мужику, увидал у него бадью с медом, поставил около бадьи Тереху и дал ему в руки лопаточку, будто мед колупает. Смотрит мужик, кто-то мед ворует, подбежал, да как ударит Тереху по голове, тот на землю и повалился, аки мертв. А старик выскочил из-за угла, схватил мужика за ворот: “За что ты парня убил?” – “Возьми сто рублей, только никому не сказывай!” – говорит мужик. – “Давай пятьсот, а то в суд поволоку”. Дал мужик пятьсот рублей. Старик подхватил мертвеца и поволок на погост; вывел из поповой конюшни жеребца, посадил на него Тереху, привязал вожжи к рукам и пустил по погосту. Поп выбежал, ругает Тереху и хочет его изловить; жеребец от попа да прямо в конюшню, да как ударит Тереху Гладкого об перекладину, он упал и покатился на земь. А старик выскочил из-за угла и ухватил попа за бороду: “За что убил парня? Пойдем-ка в суд”. Делать нечего, дал ему поп триста рублей, только отпусти да никому не сказывай, а Тереху похоронил. Вариант 2 Жил-был поп с попадьей; завела попадья себе любовника. Батрак заметил то, и стал ей всячески помеху творить. “Как бы избыть его?” – думает попадья и пошла за советом к старухе-знахарке, а батрак с ней давно сделался. Приходит и спрашивает: “Родимая, бабушка, помоги мне, как бы работника с попом извести”. – “Поди, – говорит старуха, – в лес; там явился Никола Дуплянский, его попроси – он тебе поможет”. Побежала попадья в лес искать Николу Дуплянского. А батрак выпачкался сам весь и бороду свою выпачкал мукой, влез на ель и кряхтит. Попадья глядь – и увидала: сидит на ели белый старец. Подошла к ели и давай молить: “Батюшка Никола Дуплянский! Как бы мне извести батрака с попом?” – “О, жено, жено, – отвечает Никола Дуплянский, – совсем извести грех, а можно ослепить. Возьми завтра напеки побольше да и масляней блинов; они поедят и ослепнут; да еще навари им яиц: как поедят, так и оглохнут”. Попадья пошла домой и давай творить блины. На другой день напекла блинов и наварила яиц. Поп с батраком стали собираться в поле; она им и говорит: “Наперед позавтракайте!” И стала их потчевать блинами да яйцами, а масла так и поливает – ничего не жалеет. “Кушайте, родимые, маслянее. Мокайте в масло-то, поскусней будет”. А батрак уж и попа научил, пошли они и стали говорить: “Что-то темно стало”. А сами прямо-таки на стену лезут. “Что с вами, родимые?” – “Бог покарал, совсем ослепли”. Попадья отвела их на печь, а сама позвала своего д
ружка и стала с ним пить-гулять и веселиться… Тут поп с батраком слезли с печи и ну их валять со всего маху: важно отдули.

Сказка Никола Дуплянский