Мудрая дочь

А еще сказывают, давным-давно, в старину, жил хан со своим сыном. И был ханский сын все равно что кусок сырого мяса – настолько он был глуп. “Я старею. Сын мой не сможет управлять ханством. Как бы найти ему умного да честного советника, чтоб всегда помогал”, – подумал как-то хан.

Собрал хан всех, кто умел рисовать в его ханстве, и велит им нарисовать все, что есть на земле, кроме самой земли да неба. Взялись рисовать рисовальщики кто во что горазд. Какие только есть деревья и травы, звери и птицы, дома и юрты – все изобразили, и принесли они свои диковинные картины хану. А хан все картины велел выставить перед прохожими на перепутье трех дорог. К картинам приставили стражу, чтоб доносили хану, кто и как из прохожих и проезжих отзовется о картинах.

Рассматривают прохожие и проезжие картины, дивятся, как хорошо все на них изображено. Подъехала к перепутью какая-то бедная девушка, посмотрела, посмотрела на картины да и говорит:

– Видно, что зря старались над этими картинами. Куда они годятся? Я не вижу, на чем все это растет и на что все это смотрит. Нет здесь земли и неба.

Слова эти тотчас же передали хану. А тот не мешкая посылает за отцом девушки. Испугался бедный человек.

– О господи, в чем это я провинился, что меня тащат к хану, – говорит он дочери.

– Чтобы узнать, надо сходить, куда зовут, – отвечает дочь.

Отправился бедняк к хану, заходит к нему ни жив ни мертв. Хан говорит:

– Ну, старик, вот тебе палка. Угадай, какой конец палки к комлю, какой – к вершине. Придешь завтра, скажешь. Если нет – быть тебе битому этой палкой.

И старику дают палку, да такую гладкую, ровную, что никак не угадать, какой ее конец был ближе к комлю. Идет бедняк домой, всю дорогу плачет и со слезами отдает палку дочери.

– Попробуй узнай, где у этой чертовой палки комель, где вершина. Ох, быть мне битому! – и залился старик слезами.

Взяла дочь палку, рассмотрела, задумалась и говорит:

– Хан хочет, чтоб разгадали неразгадываемое, разобрали неразбираемое.

– Что мне делать, бедному, ведь мой ум не ходил дальше моих лугов, ведь мудрости у меня не больше, чем у бурунчика! [бычок] Ох, быть мне битому! – плачет старик.

– Не печалься, отец, – говорит дочь старику. – Пойди к реке, опусти палку в воду и примечай: каким концом поплывет вниз, там и ищи вершину, ведь вершина легче комля, ее и завернет водой скорее. Только смотри хану не говори, что не сам решил загадку.

Старик сделал все так, как велела ему дочь, и отправился к хану.

– Ну, старик, или ты – ее или она – тебя? – спрашивает ехидно хан, показывая на палку.

Старик рассказал, как нашел он у палки комель и вершину. Хан удивился.

– Правильно, старик, все верно, но кто решил?

– Я.

Согласился хан и дает вторую задачу.

– Свей мне веревку из золы, принесешь ее мне не пешком, не верхом, не по дороге, не по бездорожью, а придешь – остановишься не на дворе и не в доме.

Слышит старик что-то уж совсем непонятное. Пуще прежнего запечалился, идет домой, всю дорогу плачет. Пришел, рассказывает все дочери и горькими слезами заливается.

– Не так уж трудна эта задача, как думает хан, – спокойно сказала дочь. – Совьем веревку из сухой осоки, положим ее в ящик и сожжем, сгорит она – вот тебе и веревка из золы… Бери своего старого козла, навьючим на него ящик, сядешь сам на ящик и поедешь по обочине дороги. Как приедешь, привяжешь козла у коновязи, а сам ступи одной ногой за порог и позови к себе хана да отдай ему ящик с веревкой из золы.

Обрадовался старик и сделал все, как велела дочь. Приехал к хану, привязал своего козла, переступил порог одной ногой и говорит:

– Хан-батюшка, примите вашу веревку из золы!

Осмотрел все хан – придраться не к чему.

– А как ты ехал? – спрашивает.

– По обочине да по загривочку! – отвечает старик.

Задумался хан и говорит старику:

– Езжай домой да жди дня через три меня, твоего хана. И приготовишь ты мне к тому времени тарак,[молочнокислый продукт] а тот тарак сваришь из молока, что надоишь от быка.

Вернулся старик домой, передал, что повелел хан.

– До седых волос дожил, но не слыхал, чтоб быки доились. Быть мне на этот раз битому!

Улыбнулась дочь и говорит:

– Устал ты, батюшка, ложись-ка спать.

На третий день приехал хан. Сидит старик ни жив ни мертв. Выходит встречать хана его дочь.

– Дома отец-то? – спрашивает хан, поздоровавшись.

– Дома, – отвечает девушка, а сама стоит, не зовет хана в юрту.

– Так что ж ты не зовешь домой? Так-то встречаете вы хана!

– Он сейчас не может вас принять: у нас бык телится.

– Господи помилуй, разве может бык телиться!

– А почему бы нет, ведь доят же быков. Ничего не ответил хан, сел на коня и уехал. А по дороге думает: “Сколько правлю моим народом, никогда не думал, что есть в нем такие мудрецы, и мудрец-то кто: женщина! Возьму-ка ее служанкой, пусть она служит умом своим моему сыну”.

Позвал хан назавтра старика опять и говорит:

– Старик, мне понравилась твоя дочь. Возьму ее к себе служанкой. Согласен?

Растерялся старик, хотел сказать, что одна у него дочь, что не сможет без нее прожить, но губы сами произнесли:

– Будет по-вашему, хан-батюшка. Рассказал старик дома о решении хана, жалко ему дочь, тоска терзает ему сердце.

– Иди и скажи ему, что я согласна служить хану, но пусть он выстроит красивую юрту, пусть он переселит туда всех моих родных, – говорит отцу дочь.

Хан выслушал старика и велел сделать все так, как наказывала девушка.

“Теперь, наконец, есть мне на кого оставить сына, есть кому помочь ему управиться с делами. Простая служанка будет честнее ноенов”, – думает хан и обращается к сыну:

– Еду с обходом по ханству своему, посмотрю, послушаю, где и что у меня делается. Оставайся, сын, за меня, но слушайся во всем девушку-служанку.

Уехал хан с двумя богатырями. Едет день-другой, заехал в глухой лес и заблудился. Проблуждав несколько дней, не заметил хан, как переехал границу, а там поймала его стража и привела к своему хану.

– Сколько лет, сколько зим мы враждуем с тобой, – говорит хан чужой стороны, – задумал я идти войной на тебя, а ты умен – сам приехал сдаваться. Дивлюсь догадливости твоей, – издевается чужой хан и велит держать пленника меж двух столбов с железной цепью на шее, а богатырей его засадил в яму.

– Не спешишь ли с решением твоим, – говорит пленник врагу, – не будет тебе проку от моей головы, возьми-ка лучше выкуп: отдам тебе золотом полханства своего, отдам все табуны свои, весь скот, и позволь ты мне лишь письмо написать домой.

Посоветовался хан чужой стороны со своими ноенами, разрешил пленнику письмо написать, призвал трех воинов и велит доставить письмо. А в письме написано.

“Я приглашен с двумя моими баторами к хану чужой стороны и время провожу весело, в пирах и наслаждениях. Сплю под одеялом из шелка синего, на матраце из шелка зеленого, на шее у меня украшение из серебра витого, двое слуг исполняют все мои желания. Как получите это мое письмо, приезжайте, взяв самое лучшее из моих богатств, впереди гоните весь рогатый скот, а позади гоните безрогий. Из трех осин, что растут на дворе, две срубите и сожгите на месте, а третью везите с собой да изрубите и сожгите на границе. Моего любимого барана не везите, а оставьте на месте. Пусть это письмо разрежет своими ножницами моя дочка-умница”.

Почитал хан чужой стороны со своими ноенами это письмо, посмеялся над глупым пленником и отправил.

Прибыли три воина и вручают сыну письмо от отца. Глупый ханский сын прочитал письмо, обрадовался, рассказал о нем своим ноенам и велел тотчас же исполнить все, о чем написано.

– Жалко только, меня там нет, – говорит ханский сын.

Полетели гонцы, стали собирать табуны да гнать скот.

В это время вернулась из гостей мудрая старикова дочь и видит: дым столбом стоит в ханстве.

– Зачем вы скот собираете? – спрашивает она.

– Хан-отец в гостях у хана чужой стороны, прислал он мне письмо и велит привести весь скот с табунами да полханства золотом. Хочу поскорее все это собрать да ехать туда и погостить с отцом вместе, – отвечает ханский сын.

Прочитала девушка письмо и спрашивает ноенов:

– А вы, большие ноены, что думаете о письме?

Прячут глаза ноены, пожимают плечами:

– Мы должны исполнять то, что велит нам хан.

Девушка обращается ко всем и говорит:

– Пусть извинят меня ноены, но в письме говорится совсем не то, что написано. Похоже, что наш хан попал в беду. “Одеяло из шелка синего” – это небо синее, а “матрац из шелка зеленого” – это трава зеленая. То, что на его шее украшение из серебра витого – это он, по-моему, сидит на цепи. То, чтобы гнать скот: впереди – рогатый, позади – безрогий – это значит гнать быстрые войска, чтобы впереди шли лучники и копьеносцы, а позади чтоб шли воины с мечами. Три осины – это три гонца чужого хана. Надо двух убить сейчас же, а одного – перейдя границу да выведав у него все, что надо. То, что не велит он брать с собой его любимого барана, – это он о своем сыне говорит, а разрезать письмо ножницами он наказывает мне, чтобы я разгадала его.

Всех поразила мудрость девушки, и большие ноены без лишних слов согласились с ней.

Ожидал хан чужой стороны превеликое богатство в виде выкупа, а нагрянуло на него нежданно-негаданно огромное войско.

Одержала победу мудрая девушка, освободила пленников, и вернулись все с торжеством домой. Устроен был пир, все пили на этом пиру и славили мудрую девушку из народа, старикову дочь.

Сказка Мудрая дочь