Богатый жених

У одного богача сын был с порядочной дурью, но богач и быка женит, говорят наши старики, и верно так. Вздумал богач сына женить своего.

Говорит своей старухе: “Ну как, баба, думаешь, надо при своих глазах женить!” Тая очень рада была, что старик желает сына женить, и давай его мать научать, как бы покруглей слово говорить, получше. “Смотри же,- говорит,- когда с отцом поедешь в сваты, попроворне будь, словно как духовски мужики”. И он только это одно и знал, что не бояться и как бы быть посмелей.

Ну, что ж? Они приезжают к одному тоже богачу: “Ну что, – говорит,- брат, долго нам нечего калякать; надо говорить, об чем приехали”.- “Ну, говори!” Тот начал говорить: “Вот, как я собственно знаю, что у вас есть барышня, а у меня есть жених, не будете ль согласны быть со мной сватом?” – “Ну, отчего,- говорит,- мы вами не брезговаем!” – “Живем мы еще как по-старинному, слава богу, и сейчас,- говорит.- Иногда случается деньги мерками мерить. Слава богу, имею шестерку рабочих лошадей”. А товарищ его, кум, который был крестный тому жениху: “Ну, что ты,- говорит,- врешь! А жеребец-то на стойле четвертый год стоит! Что ж ты не считаешь? Тот разве не лошадь?” Тот прибавлять начинает: “Семь штук коров имеем”. А кум опять: “Ну, что ты врешь? А две-то еще телки по третьему году ты нешто за коров не считаешь?” – “Ну, вот что,- говорит,- садитесь, чего-либо закусим “.

Вот они сели за стол; раньше самоваров, конечно, не было у мужиков в тое время. Подают кусок мяса. Ну, как жених, конечно, проворный. “Вы,- говорит,- старики, погомоните! Дай-ка я займусь крошить мясо”. Столько не крошит, сколько в рот кладет, а другим хошь ничего не будь! Потом говорит невестин отец: “Нет, брат, так мне обсудилось, обождем до налетья отдавать”.

Приехали они домой. И говорит жених матери: “Ну, матушка, и наклался же я мясом в два ряда, хотя невесту и не засватал. Ужинать не хочу!” – “Как же это так?” – “А так,- говорит,- я как попроворней, взялся я мясо крошить, большую часть сам поел!” – “Чем же ты крошил?” – “Вот еще чем! Да ножиком!” – “Эх ты! Так я тебя научаю быть попроворнее? Ты ж бы спросил вилки и ножик, а пальцы в рот не позволял бы лизать при компании!” – “Ну, ладно! Буду знать впредь”.

Поехали к другому. Приезжают тоже к богатому. Богач, понятно, по-богатому! Жених хорошо матерниио слово помнит. Тут их потчуют опять: “Сядьте-ко,- говорят,- за стол! Не жалаете ли чего закусить?” – “Нет, мы только сейчас закусывали!” – “Ну, чем же вас угощать? Баба, принеси-ка орешков! От неча делать займемся покусать”. Приносит та в тарелке орехов. Тут проворный жених и говорит: “Дайте-ка мне ножик и вилку”. Ножом как намерится резать, да: “Стой!- говорит.- Не так вздумал, надо вилкой поддержать!” Держит вилкой орех в тарелке, какой он намерился задержать. Как с розмаху резанет ножом, орехи все засыпались не только с тарелки, а ни одного и на столе не осталось! Чуть и тарелку не разрубил за один замах! То видит хозяин, что он вовсе дурак. “Не, брат,- говорит,- мы не отдадим нынче, не думаем отдавать!” – “Ну, что,- говорит кум,- ничего больше! Поедем домой”.

Приезжают домой. “Ну, матушка, орехов насыпали полную тарелку, кусать не пришлось!” – “Как так?” – “А так! Вы мне сказывали дома, что надо брать вилку и ножик. Мне это все было подано; я вилкой поддержал, ножом как резанул, так не только что в тарелке, на столе ничего не осталось, и тарелка чуть пополам не развалилась!” – “Эх ты, – говорит,- дурак! Ты ж бы взял горсточку да в другую руку, одну бы ты себе в карман положил, а другую бы невесте подал и сказал бы ей: “На-ка вот тебе горсточку, и эта мне горсточка! Бог знает, может, господь даст, не пришлось бы вместе жить!”

Он так и думает: “Ладно ж, мамушка, теперь буду ж умней!” – “Ну,- говорит дед,- съездим еще в село к одному такому-то; если уж неудача, то уж нынче ездить не будем!”

Тот поехал с кумом. Приезжают. Аккурат попали, ужинать сели. Оно, значит, удача: “Поехали от хлеба-соли,- думают,- приехали аккурат к делу, все собрание за столом”.- “Ну,- говорит,- садитесь за стол, Иван Похомов, и ты, Василий Мартынов, садись! Садись, брат, молодой человек!” Но тот, хотя не хотел садиться, столбом стоять неприлично, делать нечего – сел…

Много кушанья переменяли, в конце – только хотели они вылазивать из-за стола, хозяйка кричит: “Подождите, братцы, молочка волью на закусочку”. Так приносит на стол молоко с киселем. Думает жених: “Ну, все не очень ел, ну уж киселя прохвачу, силен на молоко с киселем!” Да и вздумал маткины слова. Как бы ж это попроворнее сделать? Все едят ложками, он ложку положил перед собой на стол и думает. “Нет,- говорит,- не так!” Потом вдруг цап! Горсть в одну руку, потом еще в другую. Аккурат напротив сидела на скамье невеста. “На-ка,- говорит,- барышня! Может,- говорит, – господь даст нам вместе жить – тебе горсточку и мне горсточку!” Думает, как орешки. Сам весь обрызгался молоком и товарища своего кстати обмазал. Да и этот понял, что он совсем дурак. С тем и поехали домой.

Ну, что ж? И сейчас холостой ходит. В Белом у Зарец-кого, мы видали, жил; сам он это рассказывал.

Сказка Богатый жених